А теперь о том, как меня раздирает изнутри.
Ее зовут Алена. И это один из самых дорогих мне людей. Она чуть ниже меня, очень-очень худенькая, с короткими, очень короткими волосами цветом похожими на карамель. Хотя светлее. Глаза — удивительная смесь желтого и синего — песок и море. Она очень красивая. Очень-очень. И улыбается так мило… Кхм. Соберись, тряпка! (с)
Знаю я ее с третьего класса. Последние два года сидим за одной партой.
С ней рядом всегда хорошо. Даже пусть она иногда меня доводит, ненавидит до истерик пару наших общих знакомых, с которыми приходится общаться, пусть она цинична со всеми, я ее люблю. Вы не знаете как крепко она обнимает, как говорит «Дите мое, дытынко…», какие нежные у нее руки, какие красивые пальцы.
Вот сейчас, например, меня раздирает изнутри и я очень хочу ее обнять. Но я лежу в кровати, а в школе завтра полно народу.
Ее зовут Алена. И это один из самых дорогих мне людей. Она чуть ниже меня, очень-очень худенькая, с короткими, очень короткими волосами цветом похожими на карамель. Хотя светлее. Глаза — удивительная смесь желтого и синего — песок и море. Она очень красивая. Очень-очень. И улыбается так мило… Кхм. Соберись, тряпка! (с)
Знаю я ее с третьего класса. Последние два года сидим за одной партой.
С ней рядом всегда хорошо. Даже пусть она иногда меня доводит, ненавидит до истерик пару наших общих знакомых, с которыми приходится общаться, пусть она цинична со всеми, я ее люблю. Вы не знаете как крепко она обнимает, как говорит «Дите мое, дытынко…», какие нежные у нее руки, какие красивые пальцы.
Вот сейчас, например, меня раздирает изнутри и я очень хочу ее обнять. Но я лежу в кровати, а в школе завтра полно народу.